В обозрении «Семь лет без взаимности» пародировалась эстрадная певица. Для того, чтобы оградить от суровой критики и запрета реперткома привычный ей жанр псевдоцыганского романса, она решила исполнять боевик своего репертуара «Дремлют плакучие ивы», сохранив мелодию романса, но заменив его текст словами революционной песни «Смело, товарищи, в ногу». С цыганским пошибом она уверяла, что «в царство свободы дорогу грудью проложим», и для большей убедительности танцевальными движениями подчёркивала рельефные формы своего бюста.

На словах «Долго в цепях нас держали» певица изящным жестом перебирала и демонстрировала зрителям золотую цепочку, украшавшую её эстрадный наряд.

В этом же обозрении пародировали «опыт» некоторых оперных театров, которые за отсутствием современного репертуара модернизировали, осовременивали классические произведения.

Э. Краснянский «Слуги трех муз»


… В обозрении «Семь лет без взаимности» Театр сатиры поставил злую пародию на опыт «осовременивания» гениальной оперы Глинки «Жизнь за царя». Сюжет оперы в этом варианте строился на современном материале, а музыка оставалась неприкосновенной. Опера получила созвучное эпохе название: «Жизнь без царя».

Э. Краснянский. «Встречи в пути»


… Предметом острот здесь служит желание «старичков» академтеатров, а за ними и «шибко левых» попытаться приспособить старую архивную оперу или драму под современный сюжет…

Б. Громов. «Молодой ленинец». 1925 г.


«Семь лет без взаимности» — цикл театральных пародий, смысл которых в пародировании режиссуры и самого зерна того или другого театра. Евреинов в своих известных шаржах на «Ревизора» (в постановках Художественного театра, Крэга и Рейнгардта) предопределил пути театральной сатиры. Показанный же спектакль был слаб именно в этой области. Режиссер Театра сатиры оказался недостаточно острым, чтобы подметить уязвимые места других театров, и недостаточно мастером, чтобы пародийно изобразить их на сцене. Оттого так слабо и серо было изображено «Горе от ума», которое должно было представить Театр Мейерхольда, и так же скучно «Блохамлет», которому надлежало раскрыть печальные качества МХАТ 2‑го. Авторы обозрения (Арго, Адуев, Гутман, Типот) не нашли поддержки в режиссуре. Как всегда, у названных авторов словесная острота преобладает над остротой положений. Лучше всего — «Синяя блуза» и «Жизнь за без царя», постановка которых не требовала особой режиссерской изобретательности и самый текст которых написан очень метко и ударно. Играли, тоже как всегда, хорошо. Особенно удачны Курихин и Поль, самоотверженно исполнявший четырех своеобразных конферансье (провинциала, барышника, нэпмана и синеблузника).

«Правда», 1925, 31 марта. П.А. Марков