Петр Гладилин
«Вышел ангел из тумана»
Премьера состоялась 6 декабря 2003 года

Постановка: Никита Ширяев
Сценография:
Владимир Боим

В спектакле заняты: Ольга Аросева, Лев Дуров, Анатолий Гузенко, Борис Тенин, Ольга Мотина, Зоя Зелинская и др.

Все равно
Новую пьесу Петра Гладилина поставили в Театре сатиры


Спектаклю, который называется "Вышел ангел из тумана…" и рецензия полагается соответствующая. Выбирая для нее название, неизменно оборачиваешься в сторону "первоисточника", в нем ищешь наиболее подходящую строчку.

"Вышел месяц из тумана, вынул ножик из кармана, буду резать буду бить, все равно…" - стоп: "Все равно, все равно!" - складывается ощущение, что руководство академического театра совсем не думает, что годится ему, что не годится, что подходит по стилю, по сложившейся здесь манере игры, в конце концов - соответствует или не соответствует ожиданиям публики (очень важный резон!), что - не годится, не подходит, не соответствует.

В данном случае - все против: непрофильный сюжет, манера игры, путающаяся меж разными полюсами - от мелодраматической и патетической у Гузенко до бытового гротеска Дурова и бытового психологизма Аросевой.

Понимаю, что могло убедить или даже заставить принять к постановке пьесу Петра Гладилина: взял бы ее Театр сатиры или дал, как говорится от ворот поворот, все равно она вышла бы - не в Театре сатиры, так в какой-нибудь антрепризе с Ольгой Аросевой и Львом Дуровым в главных ролях. То есть предоставляя сцену Сатиры, театр как бы "приваживал" к себе одну из самых своевольных и главных своих актрис. Уж лучше здесь, нежели на стороне, - такой могла быть логика тех, кто отвечает в Театре сатиры за репертуар и внутритеатральную дисциплину.

Строго говоря, такую пьесу следовало бы, конечно, оставить антрепризе. Десять персонажей, из которых режиссеру следует особо обратить внимание на четыре главные роли, остальные, как и костюмы, могут быть из подбора, на сцене - по большому счету - нужны большой обеденный стол и стулья, по одному - на каждого (постановщик спектакля Никита Ширяев получил в свое распоряжение большую академическую труппу, потому второстепенные роли достались хорошим актерам, при этом кое-какие главные распределены, на мой взгляд, неудачно).

Но премьера на академической сцене Сатиры мало чем отличается от антрепризной. Вторую - после Аросевой - главную роль играет приглашенный артист, уже упомянутый Лев Дуров. Сценограф Владимир Боер к необходимым спектаклю столу и стульям, добавил несколько подвесных и подвижных конструкций из легких материалов (то ли пьеса не разбудила его художественной фантазии, то ли фантазия была стеснена скромным бюджетом спектакля).

Позиция Дурова читается совершенно определенно: в возглавляемом им Театре на Малой Бронной он будет строг во всем, что касается вкуса, там следует ждать качественной драматургии и ее серьезного осмысления (как это вышло с "Детьми Ванюшина", где очевидна серьезность режиссерских намерений), но все эти критерии теряют значение за порогом родного театра. Там, говоря словами героя Островского, можно грешить и каяться, грешить и каяться, - как, впрочем, это и делает легкокрылый герой Дурова из пьесы Петра Гладилина. Но пьесу ни он, ни Ольга Аросева своей игрой не спасают, ее недостатки - воспользуемся медицинским термином - несовместимы с жизнью.

По сюжету, на юбилей матери собираются два ее сына со своими семьями, старший - научный работник, младший - олигарх, имеющий отношение к партии власти. Взаимная неприязнь быстро перерастает в ссору, которая сводит старую женщину с ума. Вернуть рассудок возможно, но для этого дети должны помириться.

Посреднические услуги волшебного помощника способствуют примирению (во втором действии), рассудок возвращается, но в это самое время архангел Гавриил (Лев Дуров) является за душой героини. А может, не архангел, а просто Гавриил, уличный попрошайка с крыльями за спиной, в роли которого - по замыслу драматурга и постановщика - должен был блистать Лев Дуров. Но для этого в пьесе должны были быть хоть какие-то проблески. Дуров очень старался, но справиться с пустой патетикой в речах Гавриила даже он не в силах.

После того как братья во всех ненужных подробностях пересказывают многолетнюю историю вражды и взаимных подлостей, поверить в их примирение невозможно. Как все на свете, волшебство нуждается в аргументах. В пьесе Гладилина их нет.
Помимо "общих комических мест" - вроде сентенции: "И вот эти люди управляют нашей страной!" - были шутки, которых лучше бы не было. Веселья ради одна из внучек героини говорит, что на нее смотрят так, как будто она "собирается взорвать железную дорогу". Получилось не смешно.

Смотришь на актеров, которым привык доверять, или на тех молодых, с которыми связывались надежды на лучшее будущее Сатиры (на Ольгу Мотину, например, и на Бориса Тенина), - и становится стыдно, будто пьесу написал сам.

В финале спектакля звучат песнопения, чего, конечно, публика Театра сатиры точно не ждала (тем более что до сих пор этим грешили только во МХАТе имени Горького).
Вот, собственно, и все. Чуть лучше обычного был Анатолий Гузенко, временами - по-настоящему трогателен, но эта редкая искренняя нота тут же гасилась очередным куплетом песни "Сумрачный шансон" "в авторском исполнении Никиты Ширяева" (так написано в программке).

Об участии в спектакле когдатошней примы "Кабачка "13 стульев" н.а. России Зои Зелинской - два слова, больше не соберешь: она играет Беллу Соломоновну, соседку, которая то картавит, то не картавит, иногда переходит на идиш, так что весь характер "держался" на имени-отчестве.


Коммерсант,
12 сентября 2003 года
Бенефис с моралью
Ольга Аросева и Лев Дуров в спектакле "Вышел ангел из тумана"


В Театре сатиры состоялся бенефис Ольги Аросевой. Пьеса Петра Гладилина "Вышел ангел из тумана", поставленная режиссером Никитой Ширяевым, была написана специально для актрисы. На премьере побывала МАРИНА ШИМАДИНА.

В день рождения пенсионерки Екатерины Кондратьевны (Ольга Аросева) собирается вся ее семья – два сына, их жены и дочери. Но торжество (совсем как в одноименном фильме Ларса фон Триера) не задается – из шкафа все выпадает спрятанный семейный скелет. Оказывается, два брата – бедный ученый и богатый деляга, когда-то души друг в друге не чаявшие, вот уже три года люто враждуют и только на дне рождения матери изображают семейную идиллию. Бурное выяснение отношений доводит бедную старушку едва не до умопомешательства.

Испуганные такой неожиданной реакцией, дети решают разыграть перед матерью спектакль о полном и окончательном примирении. Но видавшая виды пенсионерка сама устраивает своему семейству такое представление, что спутывает все их хитроумные планы. В доме матери они застают человека с огромными тряпичными крыльями (Лев Дуров), который представляется архангелом Гавриилом и с готовностью вызывается сбегать за вином и сигаретами. Сама Екатерина Кондратьевна и вовсе собирается замуж на некого рыжего Колю в намерении родить новых, "нечервивых" детей. Причем ее острый ум и железная логика рассуждений выдают в ней совершенно трезвого и здорового человека. Героиня Ольги Аросевой разыгрывает помешательство, чтобы пробудить в своих детях человеческие чувства. И это ей удается: в финале спектакля ангел, оказавшийся лишенным сана священником из Новосибирска, изгоняет из души братьев черную собаку ненависти и забирает успокоенную душу матери на небо.

Спектакль поставлен Никитой Ширяевым без особых изысков, в стерильных безликих декорациях Владимира Боера. Режиссер развел актеров по мизансценам, и те честно, каждый в меру своих способностей, произносят текст. Одним словом, обычная репертуарная единица обычного репертуарного театра, не особо выдающаяся, но и не позорная. Правда, ближе к финалу шаткое равновесие между комедией и трагедией окончательно нарушается. На смену парадоксальному юмору приходит невыносимое морализаторство. Чувствуется, что в сцену покаяния братьев драматург вложил все свои знания: тут считывается и история о Каине и Авеле, и притча о блудном сыне, и два сына у ног матери, симметрично склоняющие головы ей на колени.

Что его действительно спасает, так это игра Льва Дурова и Ольги Аросевой. Драматург с режиссером попытались сделать из актрисы драматическую героиню, и Ольге Аросевой вполне удалось сочетать свойственную ей эксцентричность и характерность с моментами настоящего драматизма. Лев Дуров, специально приглашенный на эту роль из Театра на Малой Бронной, который он сейчас возглавляет, напротив, просто купается в своем козырном амплуа комического старика. Сцены с участием его ангела, шустрого и обаятельного оборванца в костюме с чужого плеча,– самые яркие в спектакле. Смотришь, любуешься и думаешь: ему бы играть да играть, а не заниматься руководящей работой. Но, видимо, просто сыграть комедию у нас не могут даже в Театре сатиры.


Культура,
25 декабря 2003 года
Ирина Алпатова
Вот приедет ангел, ангел нас рассудит
Трагикомедия Петра Гладилина в Театре сатиры


Драматург Петр Гладилин, как известно, благоволит к замечательной актрисе-корифейке Театра сатиры Ольге Аросевой. До такой степени, что пишет пьесы "на нее". Несколько лет назад случились "Афинские вечера", им же самим и поставленные в Театральной ассамблее Петра Гладилина. Новую пьесу Театр сатиры, видимо, решил не отдавать на откуп антрепризе, а заодно и удержать в репертуарных рамках любимицу публики. В результате из Санкт-Петербурга был выписан режиссер Никита Ширяев, который и представил на Большой сцене театра спектакль под названием "Вышел ангел из тумана..."

Театр сатиры в последние годы переживает не лучшие времена. И это при том, что здесь в изобилии имеется своя публика, частенько делающая аншлаги. Проблема в том, что сатировский зритель весьма своеобразен и в основной массе своей ожидает, что ему "сделают смешно", и только. Затеяв перемены в репертуарной политике, театр вдруг обнаружил, что и "новая драма" (представленная пьесой Ксении Драгунской "Яблочный вор"), и старая классика ("Таланты и поклонники" Островского) залов не собирают. Да и на "Ангеле" сидевший сзади зритель предпенсионного возраста то и дело громко сетовал: "Комедию давайте! Где комедия?" Можно, конечно, слукавить и в любом произведении педалировать фарсовые моменты. Только, думается, это не самый плодотворный путь. А иной сложен...

И все же в своей последней премьере Театр сатиры пошел этим самым иным путем. Хотя шел, спотыкаясь и порой отступая на привычную территорию. Гладилин, хотя и пишет, конечно, для театра, все же для постановки не прост. Наверное, потому и выступает частенько в качестве режиссера сам. Герои его творений почти всегда пребывают в смещенной реальности, с легкостью и почти незаметно переходя из яви в сон, из обыденности в фантазию, и наоборот. Понятное дело, что воплотить это на сцене довольно сложно, особенно обычными, традиционными приемами, в рамках которых театр привычно существует.

Завязка истории, впрочем, такова. На очередной день рождения матушки Екатерины Кондратьевны (Ольга Аросева) является все ее "несвятое" семейство: сыновья с женами и дочерьми. Сыновья пребывают в затяжном антагонизме, поскольку младшенький Сергей (Борис Тенин) выбился почти в олигархи, а старший Илья (Анатолий Гузенко) корпит над малотиражной научной монографией и потому гол как сокол, но горд и заносчив. Разница положений тут же визуально демонстрируется: младший осыпает мать драгоценными каменьями, старший скромно преподносит "оренбургский пуховый платок".

В конце концов братишки так разошлись, что несчастная и мудрая мать - Аросева предпочла виртуозно сыграть помрачение рассудка. На минутку укрывшись за ширмой, она появляется оттуда в смешной детской шапочке с помпончиками, валенках и теплом халате, с санками за спиной и испрашивает разрешения пойти во двор погулять с подружками. Паника, понятное дело! И закономерный вопрос: как вернуть старушку?

Надо сказать, что история эта помещена режиссером Н.Ширяевым и сценографом Владимиром Боером в весьма условный антураж. Белые ширмы с черными пятнами-запятыми, белый же пол, вместо потолка - нечто похожее на две перевернутые крышки рояля. Белый цвет оправдан текстом - героиня Аросевой то и дело вспоминает о "прошлогоднем снеге", снеге ее детства, чистом и вкусном, совсем не похожем на нынешний городской. А отдельные эпизоды спектакля "отбиваются" так называемым "сумрачным шансоном" в авторском исполнении Никиты Ширяева.

Взбудораженное семейство разрабатывает и тут же старательно репетирует четкий план по выведению матери из состояния помешательства. Но не тут-то было. Когда, точно следуя плану, в дом бабушки является одна из внучек, Нина (Светлана Малюкова), оказывается, что все заготовленное пошло прахом. А на сцену, смешно помахивая белыми крылышками, резво выпрыгивает старичок по прозванию Архангел Гавриил (Лев Дуров). Существо донельзя забавное, поскольку с одинаковым азартом произносит душеспасительные речи и стреляет папиросы у вновь прибывших, порываясь то и дело сбегать за бутылкой. Впрочем, в трагикомедии Гладилина у Гавриила куда более серьезные функции, да и сам он сконструирован автором из "разномирных" деталек. В спектакле Лев Дуров успешно отыгрывает свое коронное амплуа "комического старика", изредка выдавая серьезные нотки. Но все же куда больше похож на того самого бомжа, которого подобрала на вокзале сердобольная Екатерина Кондратьевна, нежели на согрешившего и отправленного на покаяние бывшего священника.

Но дирижерская палочка - в руках у Ольги Аросевой. Ей тоже не привыкать к комедийной характерности, и смешные моменты она отыгрывает с блеском. То замуж соберется за молоденького рыжего Коленьку с гитарой, а то и "рожать" примется - других, "хороших" детей. Или предков до тринадцатого колена вдоль стены выстроит и заставит-таки родичей отзываться на старые имена. И кто это придумал, что старушка в маразме? Да ничего подобного. Просто выхода другого нет, как затеять с помощью воспоминаний да "сил небесных" собственную рискованную игру для спасения сыновних душ. И всего-то, кажется, один эпизод из жизни на сцене представлен, но в нем - вся жизнь. Обыкновенной и в то же время необыкновенной "женщины с крыльями", которая и раненых с поля боя вытаскивала, и детей растила, и близких хоронила. И ведь не состарилась, не утратила оптимизма. Помоложе всех детей и внуков будет.

К забавному "судилищу", которое устраивает Гавриил - Дуров, только мать, кажется, относится серьезно. Братья ерничают, падают на колени, каются, просунув головы в спустившуюся с небес крышку рояля. Ангел крылышками машет, поминает Каина с Авелем, изгоняет "черную собаку". И вот она бежит, невидимая, с громким лаем. Смеется публика. А мать - Аросева верит, жалеет всех неразумных, прижимает "блудных сыновей" к себе, как в детстве. И тут же, топнув ногой, отправляет в булочную за хлебом к ужину примирения.

Ужин, впрочем, не состоится. Отправившийся на вокзал Гавриил - Дуров вдруг появится снова в черной прорези задника уже в новом качестве. И потребует к себе душу матери, которую ей теперь придется отдать по завершении всех земных дел. К сожалению, эта грань между смешным и серьезным, мистическим и бытовым так и не стерлась до конца на спектакле. Отдельные эпизоды играются встык и резко-неоправданно меняют стиль - от мягкого юмора к патетике, от шутовства к велеречивости. И все же связующее звено есть. Замечательная актриса, которая переиграла всех - от режиссера до партнеров. И в конце концов именно она убеждает публику в том, что подобная история - самая настоящая. А вымысел недалеко ушел от правды.

Вышел ангел из тумана

Спектакль Московского академического театра сатиры (Съёмка 2005 года)

Товар добавлен в корзину
Оформить заказ

Смотрите также
от {{product.formated_min_price}}