Художественный руководитель театра — Александр Ширвиндт


В Театре сатиры сыграли спектакль на злобу дня


26 декабря 2013


Родион Овчинников ставит везде и много. Персонажи его спектаклей – обычные люди: родственники, друзья, возлюбленные или случайные знакомые. Наблюдая за ними, не составляет труда понять – разобщенность и одиночество как следствие не минуют даже тех, кто, кажется, понимает друг друга с полуслова. И дружба по Овчинникову – не прелестное щебетание трех подружек, а столкновение полярных мнений, бесконечные попытки навязать свою правду. В таком формате общаются друг с другом героини премьерного спектакля «Тремя этажами выше».


Галя (Наталья Карпунина), Рая (Лиана Ермакова) и Валя (Марина Ильина), женщины, которым по сюжету за сорок, знают друг друга много лет. Все трое прекрасно иллюстрируют поговорку «вместе тесно, порознь скучно». Они самодостаточны, у каждой четкие жизненные позиции, конкретные взгляды на политику, искусство, историю. Вместе они собираются раз в год и развлекаются тем, что произносят тосты за события, произошедшие в конкретный день. По пьесе это 30 мая, полное трагических событий (и совпадений), таких, как сожжение Жанны д’ Арк, Иеронима Пражского. В этом плане пьеса Овчинникова как облако тэгов, где встречаются даже Давид Ойстрах, худрук Театра сатиры Александр Ширвиндт и даже сам создатель спектакля.

Женщины ведут неженские разговоры. Календарь с перечнем исторических событий только подкидывает тему для склоки. И зритель, наблюдающий за перебранками, сидит расслабленный до конкретного момента – до нажатия на одну из самых медийных «кнопок», когда в привязке к теме о церкви Раиса высказывается о Pussy Riot. У публики мгновенно расширяются зрачки. За эту тему цепляется другая – о геях, о евреях, потом о Сталине, об искусстве от лукавого, о природе гения – и пошло-поехало. Список тэгов пополняется новыми и новыми словами как снежный ком. Вначале спектакля сложно определить, в какое время происходят события, и когда приходит понимание, что персонажи на сцене – современники, включаются даже заскучавшие зрители. Зал раскалывается на тех, кто приемлет такие темы в театре, и тех, кто приходит в театр, чтобы мозгами отдохнуть (таких всегда бывает больше).

Героини, словно активные пользователи facebook, бурно обсуждают актуальные политические, социальные, культурные, религиозные проблемы, эмоционально отстаивая свои позиции и периодически вставляя ехидные шпильки, уязвляя оппонента (чем не ток-шоу?). Это действительно не сатира в чистом виде, как говорит Александр Ширвиндт, хотя публика от многих пассажей хохочет, а трагифарс, которым мы живем изо дня в день. Даже балканские танцы, появляющиеся в спектакле, – отчаянный акт безмолвного протеста (актрисы с каменными лицами надевают клоунские носы и пускаются в бешеный пляс).

Если первая часть «Трех этажей» – с яркой социальной окраской и пестрит плакатными лозунгами, то вторая – более интимная. Возможно, Овчинникову стоило бы сделать из нее самостоятельный спектакль для малой сцены, чистую драму о женском счастье. У всех троих не ладится с мужчинами, но самая трагичная история у Раи (Лиана Ермакова из категоричной бунтарки превращается в подавленную тихоню), чей возлюбленный погиб, спасая чужую жизнь. Даже костюм у нее с намеком на пережитое горе: красная брошь на нежном голубом платье как дыра на теле, из которого вырвали сердце. А теперь Рая живет с человеком, который любит украшать ее синяками. Найдутся ли у нее силы все изменить? Героини пытаются выяснить это с помощью психотренинга.

Возможно, зрители Театра сатиры и не привыкли к таким спектаклям – с солидной долей документальности, но сатира должна быть актуальной. Сможет ли это понять публика, преданная театру, покажет остаток сезона.



Источник




Наши новости в соцсетях