Художественный руководитель театра — Александр Ширвиндт


Интервью Веры Васильевой

«Аргументы Недели», Александр Малюгин

5 августа 2016


Народная артистка СССР Вера ВАСИЛЬЕВА любит живое общение. Электронной почтой не пользуется, с Интернетом не дружит. Живёт своим театром – Театром Сатиры, в котором служит с 1948 года и где сыграла более 60 ролей. В кино Вера Кузьминична снималась не так часто, зато ярко. Зрители многих поколений помнят её работы в таких картинах, как «Сказание о земле Сибирской», «Свадьба с приданым», «Похождения зубного врача», «Это мы не проходили», «Легенда о Тиле», «Несовершеннолетние», «Карнавал», «Выйти замуж за капитана» и др.

— Вера Кузьминична, у вас достаточно много знаменитых актрис-однофамилиц: Татьяна Васильева, Екатерина Васильева. Вы с ними играли на сцене, снимались в кино?

— С Таней Васильевой играла в нашем театре, она же работала в Сатире. В «Ревизоре» я играла Анну Андреевну, она – мою дочь Марью Антоновну. И ещё помню спектакль «Её превосходительство». Я играла Посла Объединённой Державы, Татьяна – королеву Анну. Считаю её очень талантливой, хотя характер у Тани сложный. Катю Васильеву вижу только по телевизору, в театре мы не сталкивались. А вообще Васильевых в артистической среде много…

— В одном из интервью вы сказали, что финансовые вопросы, гонорары вас сейчас особо не интересуют. Но вы, наверное, помните, какой была в денежном выражении Сталинская премия первой степени, которую вы получили за «Сказание о земле Сибирской»?

— Премия первой степени была 100 тысяч рублей, по тем временам – огромные деньги. Но она распределялась на 10 или 11 человек. Тысяч десять я получила, но, на что потратила, если честно, не помню. Знаете, «Сказание о земле Сибирской» снимали в Чехословакии, там я прожила три месяца, и мы получали очень большие суточные. По сравнению с тем, что я привезла из Чехословакии, чем обеспечила себя там, сумма Сталинской премии была уже не очень большой. Вообще съёмки в «Сказании» – неожиданный подарок судьбы. Прямо сказка о Золушке – из абсолютной бедности и полного «нетеатрального» существования я попала на одну из главных ролей в картину со знаменитыми советскими артистами: Владимиром Дружниковым, Мариной Ладыниной, Борисом Андреевым. Первый раз в жизни, будучи студенткой, поехала за границу, жила в Праге в гостинице «Флора». До приезда мне, правда, казалось, что эта гостиница должна быть такой же шикарной, как в фильме «Петер», который мы все тогда смотрели, с Франческой Гааль, о новой Золушке, попавшей в большой город. Думала, что буду жить в роскошном номере, как миллионерша. Но «Флора» оказалась маленьким и бедненьким отелем, хотя всё равно это было для меня – чудо из чудес. На студии «Баррандов-фильм» были выстроены декорации, мы снимали там потому, что по цветным фильмам чехословацкая студия была более передовой, чем наш «Мосфильм». А режиссёр картины Иван Пырьев был тогда всесильным человеком, и ему разрешили съёмки за границей. Хотя, конечно, снимали и в Сибири, и под Москвой.

— Вернёмся к актёрам, с которыми вы играли на одной сцене в Театре Сатиры. С Анатолием Папановым и Андреем Мироновым у вас были близкие отношения?

— Я бы не сказала, что близкие. Но очень хорошие. Толя Папанов относился ко мне всегда очень нежно, даже когда просто произносил имя: «Ве-е-рочка!» Как с котёнком иногда говорил – милая моя, маленькая! Я же считала его потрясающим артистом. Первые годы мы жили вместе в театральном общежитии, когда я вышла замуж (муж Васильевой актёр Владимир Ушаков умер в 2011 году. – А.М.), и Толя Папанов жил там с Надей, и Татьяна Ивановна Пельтцер со своим отцом Иваном Романовичем. Мы менялись кастрюлями, можно было и лук взять взаймы, и хлеб, и угостить друг друга. Андрюша Миронов хорошо относился к моему мужу, и Володя его обожал. Андрей познакомил нас с родителями, мы были очень дружны с Марией Мироновой и Александром Менакером. Его смерть была безумной трагедией для нас. Муж просто плакал в голос, они же ко всему прочему в одной гримёрке с Андрюшей сидели…

— Среди знаменитых актрис у вас были примеры для подражания?

— Вы знаете, я очень любила старый театр, дореволюционный. Кумир у меня, наверное, Мария Ермолова, потому что и скромна, и гениальна. Я её не видела на сцене, в советское время она доигрывала, но много про неё читала. Очень любила Ольгу Андровскую, Веру Марецкую, Марию Бабанову, Алису Коонен. Их я видела на сцене, но подражать никому не хотела, даже в голову не приходило, это всё равно что подражать Богу.

— Вера Кузьминична, если необходимо по роли, вы можете легко расплакаться на сцене?

— Просто так расплакаться не сумею, я должна что-то чувствовать. И тогда мне ничего не стоит заплакать. Например, в «Мольере», где у меня подвижная, эмоциональная роль Мадлен, с большими энергетическими затратами, плакать приходится часто. А, сыграв сцену, я не ухожу сразу за кулисы – остаюсь и смотрю, как играют мои молодые партнёры. Потихоньку успокаиваюсь и потом уже иду к себе. Бывает, идёшь и вытираешь слёзы, которые текут уже совсем не по роли…

— Как вы отдыхаете после работы?

— Я люблю просто гулять, если есть возможность. Но только не по городу, а на природе. Но это случается редко, потому что у меня дачи нет. Если летом удаётся поехать в санаторий, то там и гуляю.



Источник


Наши новости в соцсетях